Женушка

Автор: Gretsky
[hide]Источник[/hide].Эта деяния происходила больше тридцати годов назад, рассказал мне её выше- дед. кроме с его слов.

Я был очень молодым, учился в колледже, вкупе с этим работал в совхозе в нашем маленьком посёлке. В посёлке нить одна странная семья, состоящая из трех женщин: матери, дочери и бабушки. Они жили на отшибе, в своём доме, с другими общались мало. Бабка Фёкла была невероятно противной, склочной старухой и производила чувство настоящей ведьмы: седые космы, бородавки на лице, всегда в негодное какие-то оденется… А как соглашаться по дороге — от века до века вещь бормочет себе под нос, даже очень становится. как говорили те, который время от времени прислушивался к её бормотне, она то кляла всё на чем аристократия стоит, то говорила странные слова, похожие на выговор молитвы наоборот. если бабку Фёклу неизвестный обижал словом либо делом, то жилось после обидчику непомерно худо: то в семье чего приключится, то здание сгорит, то своевольно сляжет с тяжёлой хворью. Свою дочь, Елену, Фёкла не любила. Соседи часто слышали их битва и битье посуды. Елена и хотя была непутёвой: в молодости здорово гуляла, верно и безотлагательно одинаковый этим грешила, не считая того, прикладывалась к бутылке. В былые времена её дома едва не не было: уедет на заработки в Москву верно загуляет там на не мало месяцев, часто и теперь она делала то же самое. Фёкла почасту выгоняла её из дома, а на всех многочисленных Елениных ухажёров, если они являлись к ним в избу, насылала порчу либо вещь вроде этого: да либо иначе, бедолаги или страшно болели, или переживали мучительные разводы с жёнами, а часом даже умирали, как от цирроза печени.

У Елены была дочь, Альбина. как ни странно, она не нагуляла её, а родила в браке: по рассказам местных всезнающих бабушек, в добрые времена, по молодости, Елена умудрилась за беременности жениться на себе парня, причём достаточно неплохого. Не прожив нераздельно и года, паренек тот решил, что лучше быстро платить алименты, чем зимовать с двумя ведьмами под одной крышей. С Еленой он развёлся, Но век квартировать опосля этого ему не пришлось: сгорел от болезни зa считанные месяцы, хоть бы был абсолютно здоров. некоторый считали, что бес бабки Фёклы тогда не обошлось.

Альбина была всяко лучше своей матери и бабки. Лицом и фигурой недурная, общительная, только всё и с ней маловато который общался, зная её семейку. за этого Альбина была некоторый злобной: то парня около некоторый девчонки уведет, то в коллежде кому-нибудь напакостит. Парни к ней липли, как мухи к конфете, Но относились несерьёзно: переспят — и долой. Но в целом нить она спокойно, стыдясь (это было видно) зa мать и бабку.

Это была присказка, а в настоящее время пойдёт сама история.

Когда Альбина доучивалась в последнем классе, умерла её мать Елена. Возвращалась пьяная с гулянок, около самой калитки упала и ударилась головой о камень. Говорили, что это всё бабки Фёклы проделки. Но после полтора возраст умерла и сама Фёкла. тут-то уже начали косо смотреть на Альбину, которая зажила хозяйкой в доме: мол, бабка-ведьма научила внучку колдовству, а та её со свету и сжила.

Альбина с тех пор сделала в доме исправление (неизвестно, откуда только монета взялись) и нить себе припеваючи. А после положила глазища на местного парня Кольку Бубнова, моего друга.

Мы все это видели. На танцах Альбина всегда липла к нему, напрашивалась, что бы к себе провожал, с объятиями лезла. И это при том, что около Кольки была девушка, Аня. Колька прежде смеялся и побаивался, после дал Альбине понять, что она ему не нравится. Но это не помогло, только хуже стало.

Бедную Аню, Колькину девушку, Альбина начала запугивать. Говорила ей, что бы та оставила Кольку, а то, мол, хуже будет. Колька с ней уже и говорил по этому поводу в высшей степени серьёзно, и запугивать старался, и умолял, Но шиш — Альбина в него по уши влюбилась, всё только им и бредила.

А 1 раз был некоторый праздничный день в посёлке, Колька пьяный был, она его и пригласила к себе домой, мол, посидеть, поговорить, водочки попить немного. Обещала приставать опосля этого. начинать он, дурак, пошёл. Мы его уговаривали остаться, удерживали, Но он всё и пошёл.

На будущий день, заблаговременно утром, неизвестный позвонил в мою квартиру. Открываю дверь — стоит Колька. Потерянный, бледный, осунувшийся. Спрашиваю около него:

— Ты где был всю ночь? Мы волновались страшно.

А он и говорит мне:

— Я около Альбины был, Игнатич. Мы с ней того… переспали.

Я его усадил, налил стопку и начинать расспрашивать, как да получилось. Он рассказывает:

— Я пришёл, мы с ней выпили. Она мне всё говорила, что любит меня, жительствовать бес меня не может. Говорит: «Зачем тебе эта мышка страшная, если я потреблять Ты только женись на мне, и я тебя самым счастливым сделаю». А я пью и чувствую, что мне становится всё хуже и хуже. Может, она подсыпала чего, не знаю. Стал я стекаться домой, а около самого всё плывёт до глазами. Она меня придерживать стала. А дальше… Всё как в тумане. Было около нас, Игнатич, было. И туча раз. Наутро я проснулся, а она около со мной лежит. прежде не понял, где я. А потом, Кагда всё прояснилось… Убежал я оттуда. И вот, к тебе. К родителям не хочется идти, а к Ане тем более.

Мы с ним выпили ещё, я ему посоветовал всё забыть, с Альбиной не общаться и отпустил с миром.

Пару месяцев всё было тихо. Альбина больше не беспокоила, постепенно Колька втянулся в прежнюю жизнь, подумывал о свадьбе с Аней: они быстро и комнату в общежитии нашли, и приданое готовили. о том, что случилось той ночью, знал только я, больше Коля никому сносный не говорил.

Альбина в эти месяцы из дома выходила редко. А раз моя мать увидела Альбину на улице, и та, как ей показалось, была с животом. Я не придал этому особого значения — маловато ли, что могло заболевать Может, раздобрела просто.

Но не прошло и недели, как Альбина пришла к Коле и его родителям домой, показала мой брюхо (она вправду была беременна) и сказала, что это от Коли, что ему, мол, надлежит жениться.

Про экспертизу и прочее в этом случае вторично не знали, а Кагда вскрылось то, что произошло не мало месяцев назад, то все уверились, что дитя истинно Колин. К тому же, больше Альбина к себе мужиков не водила.

Родители если не заставляли его жениться. Предлагали дать Альбине денег и отпустить с миром. Но он, видимо, знал, что она да просто не уйдёт. И, к нашему глубокому удивлению, решил на ней жениться.

Спустя луна сыграли нехитрую свадьбу. большая часть Колькиных друзей не пришло, Но я там был, и причём пришлось мне являться свидетелем — больше ни один человек не хотел. Колька выглядел осунувшимся, потерянным — таким же, как в тот день, Кагда пришёл ко мне от Альбины. Альбина же, напротив, да и сияла: была счастлива.

После свадьбы молодой уехали из посёлка. после некоторое время уехал и я: поселился в Москве, женился, всё около меня было хорошо. И вот, после не мало лет, иду я по Москве и вижу — против мне Колька. Похудевший, угрюмый, осунувшийся (от жизнерадостного паренька, души компании шиш не осталось), Но Колька. Он меня прежде не узнал, а после обрадовался страшно. Я повёл его к нам домой, познакомил с женой и детьми. как он восхищался, что около меня всё хорошо! Ну, под водочку и я около него спросил про его жизнь, про Альбину. И тогда из него полилось:

— Плохо всё, Игнатич. Всё просто ужасно. Не могу я да больше — хотя помирай. С ведьмой живу, будь она проклята! Уехали мы опосля свадьбы в Москву — не мог я в посёлке оставаться, стыдиться мне было людям в глаза смотреть. Ребенка она не родила — случился выкидыш. Я как узнал, то, прости Господи, обрадовался. Думал, сегодня смогу избегать от неё. Но нет. «Если уйдёшь, — говорит, — скажу, что ты меня ножом пырнул». И на этих словах берет нож и как полоснёт себя по руке, после по другой. И ни вскрика, ничего. Улыбается, а около самой кровь стекает. Нечувствительная она к боли была, чертовка. Сестра мне рассказывала: недавно готовили они с ней чего-то, и около Альбины перстень упало в кастрюлю с кипящей водой. А она просто спокойно его достала. Руки все обожжённые, шкура слезает — а ей хотя бы что. И таких случаев сколь было — не сосчитать. Завёл я себе с горя любовницу. Не могу, думаю, да жить. да что ты думаешь? Не прошло и месяца, как эту несчастную девку орудие сбила насмерть. А дома около нас что творится — я восвояси стоить боюсь. Всё кресты перевернутые вешает, травы какие-то, бормочет вещь по ночам… Я ведь сколь раз избегать порывался. А она всё зa нож хватается. 1 раз взяла, и ты не поверишь — перст себе отрезала. просто отхватила его и всё. Сказала, что если вздумаю уйти, пойдёт и скажет, что я ей отрезал. около меня быстро и мать с отцом умерли, от стыда, наверное. А она ведь как мою мать изводила! едва-едва я к родителям от неё уезжал — около них в доме начинали странные багаж происходить, мать заболевала. Я к ним в последнее время весь не ездил, после сестру справлялся. Не могу да больше, Игнатич. Лучше умереть или же в тюрьму сесть, только бы кончилось.

Я, признаться, от этой тирады оробел немножко. Коля ушёл от меня тогда, и больше мы с ним не встречались.

А после пара возраст я узнал, что он сидит в тюрьме зa убийство жены. Не выдержал всё-таки.

И ведь ты подумай: как причинность и удачно могла около него повернуться жизнь, если бы не та далёкая ночь. А, правда что ныне говорить…
Автор: Gretsky
[hide]Источник[/hide]