Экзотическая мистика. Часть 2

Автор — я.
Путешествия — часть моей жизни. И, как это обычно бывает, в путешествиях встречается много интересных людей и событий.Другой, не менее иностранный быль с элементами местной мистики произошел в Южной Америке. Опуская подробности, напишу, что провели мы не мало дней в пути на вездеходе под палящим солнцем, приехали в такую глушь, что я щипнула себя в надежде, что мне все это снится. совершенно навесы из палок и большущих листьев, посредине в яме пепел, наверное, там пить готовят. Все в племени: дети, женщины и мужики — все ходят голышом, поблескивая коричневой кожей. Единственной одеждой были украшения, сделанные из веток деревьев или же кости. около женщин — на шее, голове и в ушах, посреди ног около мужчин. Волосы стрижены около всех одинаково, скорее всего, ножом, и в каком-то незамысловато простом обруче из непонятного материала: то ли из сухих листьев, то ли из кожи зверей. главнокомандующий племени с таким именем, что даже наречие сломается, позволил нам считать близко от их поселения наши палатки. зa это мы их отблагодарили дешевой бижутерией, веревками из кожи, шлепанцами из гумы, ножами и конфетами.
Было нас 8 личность (4 мужики и 4 женщины) и переводчик. Никакой конкретной цели мы не преследовали — праздное любопытство к жизни других народов и не более. Наши лагеря сосуществовали около не мало дней всего. барыш был обоюдный. Интересно было ухаживать их простой быт, соблюдение гигиены, секс и даже роды.
Однажды вечером, сидя на траве неподалеку, мы заметили ажиотаж около племени. Дикари собрались около костра и начали танцевать. Я даже спросила переводчика, не собираются ли аборигены приходить кого-то из нас в это полнолуние в жертву. Оказывается, они хотели только чуть обманывать ритуал поклонения своему Духу племени. Дети и молодежь не участвовали, Но они имели в руках различные музыкальные инструменты, настолько простые, что ни в жизнь бы и не подумала, что эти коряги могут музыку воспроизводить. Их господин был раскрашен красной глиной и в руках держал большую толстую палку около 2 метров, которую он обычно не носил. Дикари кружились, топали в сноровка ногами и руками, время от времени выкрикивая только им понятные возгласы. Ту-ду-ду-ду-ту-ту. Топ-топ, поворот.
Я сидела и не могла от удивления сносный не только сказать, Но и соображать. неожиданно сей шамаш подходит к переводчику и, показывая на нас жестами, говорит, что их обычай приглашает всех гостей к костру быть участником в их ритуале. Проходя пропускать шамана, я неожиданно услышала глуховатый звук его палки по земле. От неожиданности я даже подскочила. Указав мне на выше- крест с распятием, он вещь сказал переводчику. Оказывается, настроение племени не желает общаться со мной. Мне даже полегчало на сердце, не очень-то и хотелось быть участником в их языческих ритуалах. Остальные присоединились к дикарям и начали танцевать. И если дикари танцевали в дисциплина и ритмично, то наши европейские, шурша одеждой из плащовки, смотрелись смешно и неуклюже. Они с недоумением пересматривались и старались попасть в такт. Тяжело сказать, сколь длилось все это кривлянье. Но Кагда горячность уже погас и дымился, аборигены принялись если двигаться. Согнув в локтях руки, они как бы начали прянуть с одной ноги на другую. духовенство начал прохаживаться по кругу, всматриваясь в лица участников.
— Он выбирает того, который будит немедленно общаться с Духом, — объяснил мне переводчик.
Каково было мое удивление, Кагда духовенство остановился насупротив Хорста и протянул ему свою толстую палку, показывая, чтоб он в фокус передвинулся. Хорст хотел отказаться, Но шамаш снова стукнул палкой по земле. Испугавшись, Хорст вошел в круг. Его движения были смешные. Он крутил эту палку, перекладывал ее из рук в руки и продолжал танцевать. поколение тожественный продолжало танцевать. Прошло не мало минут.
Сидя на траве, я внезапно начала замечать, что движения Хорста изменились — они стали медленней и ритмичней. Он притопывал то одной, то второй ногой в такт. Голову он закинул назад, и его глаза были закрыты. Взяв палку обеими руками, он начал ею руководить в воздухе. Складывалось впечатление, что он это делает не застрельщик раз и точный знает, что, как и Кагда делать. Дикари загудели разом. Лица около всех были, как около наркоманов обкуренных… аристократия луны дорисовывал происходящее. Со страха я вцепилась ногтями в грязного переводчика. Мне хотелось, чтоб все это было не со мной. внезапно из дыма недавно непонятно для моего мозга образовалась рисунок человека в барыш той же палки. Хорст замер в центре. Эта дымчатая рисунок находилась пред ним. Остальные бок о бок с шаманом продолжали двигаться.
Все прекратилось после не мало минут. суета развеялся. человеки перестали танцевать. духовенство забрал палку около Хорста, и тот сразу упал на землю. толмач успокоил нас, сказав, что он просто уснул. И вторично сказал, что раса с утра соглашаться на рыболовлю, хорошо, если нас к их возвращению в лагере не будет. До утра я не могла сомкнуть глаз. Что зa ритуал? гораздо меня занесло?
Утром мы уехали. Общаясь и делясь мнениями, образованные европейцы с престижным образованием не поверили в ритуалы с Духом. На дворе время интернета и ДНК, какие Духи! Я, как исповедующая другую, не язычную религию, молчала, чтоб вторично дальше не вмешивать в улица разговор. Решили, что это была массовая галлюцинация. Скорее всего, дикари в сияние кидали какие-то травы, и от них нам эта пример просто привиделась. «Только неясно, почему всем одно и то же привиделось?» — подумала я. И неожиданно сей атеист — Хорст — сказал, что верит, что он общался с Духом. В то время, как он замер, в центре он увидел фигуру бес лица. после систематически лик приняло черты, и он узнал в нем свою умершую сестру Эмили. Они были близнецами, Но сестра родилась со слабым здоровьем. Кагда им было по 14 лет, она вдруг умерла, и Хорст всю сознательную содержание винил себя в ее смерти — он не успел ей дать какие-то капли. А родителей не было в доме. Мы были удивленны. ни один человек даже не знал, что около него была сестра, тем более про муки совести и вины. Ни около немцев, ни около англичан, ни около американцев не принято выражать о через силу личных вещах. Эмили успокоила его грудь и сказала, что он не виновный в ее смерти, просто пришел ее час, и ему просто придется принять сей быль и смириться. как она говорила, за его мук совести она не могла весь успокоиться. А за его атеизма не могла встречать другого способа до него достучаться, исключая как таким вот необычным случаем.
Вот такая история.