Тюнгюстапи

В древние времена, гораздо веков назад, в Сайлингсдальстюнге жил 1 денежный крестьянин. около него было не мало детей, и в этой истории говорится о двух его сыновьях. Поскольку их имена неизвестны, мы будем чествовать их Арноур и Свейн. Они пара подавали большие надежды, Но невыносимо отличались наперсник от друга. Арноур был смелым и энергичным. Свейн был тихим и спокойным, и не был склонен к рискованным предприятиям. По характеру они были очень несхожи: Арноур любил радоваться и забавлять с другими парнями из долины; они почасту собирались около высокой скалы на берегу реки, против хутора Тюнга, которую называли Тюнгюстапи. Зимой они забавлялись тем, что скатывались с самой вершины — которая была необыкновенно высокой — по обледеневшим склонам до самого берега, усеянного камнями. вечер в окрестностях Тюнгюстапи было шумно за криков и веселого смеха, и чаще только Арноур шумел больше других. Свейн иногда участвовал в этих играх. Кагда другие молодой человеки шли играть, он отправлялся в церковь. зачастую иногда и так, что он гулял один, и при этом подолгу задерживался около подножия Тюнгюстапи. Говорили, что он ходил к эльфам, жившим в этой скале и в других местах; в новогоднюю ночь он В любое время пропадал, и ни одна душа не знал, гораздо и зачем. Свейн зачастую говорил своему брату, что бы тот вел себя потише в окрестностях скалы.В древние времена, пропасть веков назад, в Сайлингсдальстюнге жил 1 обильный крестьянин. около него было не мало детей, и в этой истории говорится о двух его сыновьях. Поскольку их имена неизвестны, мы будем титуловать их Арноур и Свейн. Они пара подавали большие надежды, Но колоссально отличались товарищ от друга. Арноур был смелым и энергичным. Свейн был тихим и спокойным, и не был склонен к рискованным предприятиям. По характеру они были очень несхожи: Арноур любил ликовать и забавлять с другими парнями из долины; они почасту собирались около высокой скалы на берегу реки, против хутора Тюнга, которую называли Тюнгюстапи. Зимой они забавлялись тем, что скатывались с самой вершины — которая была крайне высокой — по обледеневшим склонам до самого берега, усеянного камнями. вечер в окрестностях Тюнгюстапи было шумно за криков и веселого смеха, и чаще только Арноур шумел больше других. Свейн иногда участвовал в этих играх. Кагда другие молодой человеки шли играть, он отправлялся в церковь. зачастую иногда и так, что он гулял один, и при этом подолгу задерживался около подножия Тюнгюстапи. Говорили, что он ходил к эльфам, жившим в этой скале и в других местах; в новогоднюю ночь он В любое время пропадал, и ни одна душа не знал, гораздо и зачем. Свейн почасту говорил своему брату, что бы тот вел себя потише в окрестностях скалы. Но Арноур только смеялся над ним и отвечал, что ему плевать на эльфов, даже если им мешает шум. Он вел себя все да же, Но Свейн все время твердил ему, что тот самолично будит ответствовать зa все, что из этого может выйти.
И вот в новогоднюю ночь Свейн по своему обыкновению исчез. Всем показалось, что его нет дольше обычного. Арноур сказал, что найдет его, и предположил, что тот скорее только около эльфов в Тюнгюстапи. Туда-то Арноур и отправился. Было необыкновенно темно. внезапно он увидел, как камень раскрылась со стороны, обращенной к хутору. Внутри горело обилие свечей; он услышал прекрасное концерт и понял, что эльфы в скале совершали мессу. Он подошел ближе, что бы замечать их получше. стоймя до собой он увидел как бы открытые двери церкви и обилие народа внутри. около алтаря стоял служитель алтаря в прекрасных одеждах, и по обе стороны рядами горели огни. Он переступил порог и увидел, что его пара Свейн стоит на коленях до алтарем, а духовенство возложил ему руки на голову и вещь говорит. Арноур понял, что его брата рукополагают в священники, потому что около стояло плеяда людей в священнических одеяниях. между тем он закричал: «Свейн, иди сюда! Твоя содержание в опасности!» Свейн вздрогнул, как вкопанный на ноги и обернулся к двери. Было видно, что он хочет начинать к брату. Но в тот же миг тот, который стоял около алтаря, грозно произнес: «Закройте дверь церкви и накажите этого смертного, что нарушает выше- покой! Что же до тебя, Свейн, то ты обязан нас покинуть, и все это — за твоего брата. И поскольку ты поднялся с колен, предпочтя его продерзкий требование святому рукоположению, ты упадешь замертво, Кагда паки раз увидишь меня здесь в этом облачении». тогда Арноур увидел, что человеки в священнических одеждах возносят Свейна наверх, и тот исчез под каменным сводом церкви. Раздался громкий колокольный звон, и внутри церкви поднялся потрясающий шум. Все, толкаясь, бросились к двери. Арноур со всех ног помчался к хутору и слышал, как попятам несутся эльфы, и как грохочут копыта их лошадей. Тот, что скакал впереди, звонко произнес:

Скачем истинно скачем,
Холмы во тьму прячем,
Бедолагу дурачим:
Пусть он заплутает,
И больше не знает,
Как солнце блистает,
Как утро блистает.

Отряд оказался среди ним и фермой, да что ему пришлось отклониться с прямого пути. Добежав до склона к югу от фермы, он понял, что заблудился, и упал на землю бес сил. Всадники направили своих лошадей откровенный на него, да что он остался быть на склоне с трудом живой.
Что до Свейна, то он возвратился к себе опосля всенощной. Он был страшно печален и ни с кем не хотел выражать о том, где он был, и сказал только, что необходимо как дозволено скорее отправиться на поиски Арноура. 1 крестьянин из Лёйгара, что шел в Тюнгу на утреню, невзначай наткнулся на него на том самом склоне, где тот пролежал всю ночь. Арноур был в сознании, Но окончательно бес сил. Он рассказал крестьянину, что произошло, и добавил, что нет нужды пахнуть его на хутор, потому что он все и умрет. Действительно, вскоре он умер на склоне, какой с тех пор называют Банабреккюр.
После того, что случилось, Свейн уже сроду не был таким, как до — он стал кроме печальнее, и известно, что с тех пор он не подходил к скале эльфов и даже не смотрел в ту сторону. Он отрекся от мира, стал монахом и поселился в монастыре в Хельгафедле. Он был таким ученым, что ни одна душа из братьев не мог его превзойти, и да прекрасно пел мессу, что все в 1 визг говорили, что до не слышали нисколько превосходнее. Его благодетель жил в Тюнге до конца своих дней. Будучи уже стариком, он тяжело заболел. Это случилось на святую седьмицу. Кагда он понял, что умирает, он послал зa Свейном в Хельгафедль. Свейн единым духом же отправился к отцу, Но предупредил, что, присутствовать может, живым уже не вернется. Он пришел в Тюнгу на страстную субботу. Его священник был да слаб, что насилу говорил. Он попросил своего сына Свейна совершить пасхальную мессу и приказал отнести его в церковь; он сказал, что хочет умереть там. Свейн колебался, Но в конце концов дал согласие, при условии, что ни один человек не будит расстегивать двери церкви во время мессы, потому что от этого зависела его жизнь. Всем это показалось странным; некоторый подумали, что он не хочет разглядывать в сторону скалы, потому что храм между тем находилась на холме, в нива к востоку от хутора, и образ на скалу открывался с порога церкви. желание крестьянина была выполнена, и Свейн накануне алтарем облачился в священнические одежды и начал мессу. Все, который там присутствовал, говорили, что николи не слышали такой прекрасной мессы, и в высшей степени удивлялись мастерству Свейна. Но Кагда он повернулся от алтаря к приходу, что бы ударять верных, желание восточного ветра распахнул двери церкви. человеки в испуге обернулись и увидели дверь в скале, из которой лился аристократия множества рядов огней. Но Кагда они еще взглянули на священника, тот уже рухнул наземь и отдал Богу душу. Все были поражены этим событием, в особенности потому, что в тот же миг со скамьи насупротив алтаря замертво упал и крестьянин. Поскольку и до, и опосля этого происшествия погода была тихая, то всем следовательно ясно, что сей желание ветра со стороны скалы не был случайным.
Там же был и крестьянин из Лёйгара, кто когда-то нашел Арноура на склоне, и он рассказал обо всем этом деле. человеки догадались, что предположение эльфийского епископа о том, что Свейн упадет замертво, Кагда еще увидит его, исполнилось. Поскольку камень раскрылась, то, Кагда желание ветра вдруг толкнул двери церкви, эльфийский духовенство и Свейн оказались торчмя товарищ против друга и их взгляды встретились, Кагда они произносили последнее пожелание — ведь двери эльфийских церквей расположены против входов в церкви людей. Со всей округи собрались люди, что бы обсудить случившееся, и было решено убрать храм с холма и перенести ее ближе к хутору, в небольшую долину около ручья. Таким образом деревня оказался среди Тюнгюстапи и дверями церкви, да что с тех пор сквозь двери церкви ни 1 духовенство не мог понимать скалу эльфов, стоя около алтаря. Впрочем, так себ е подобного с тех пор не происходило.